До ~1980-х годов не существовало портативных музыкальных плееров. Вы могли бегать, грести, кататься на велосипеде, что угодно, часами напролет, в полной тишине, без звука, кроме собственных мыслей. Как они это делали? Мы никогда не узнаем.

Чтение о Чикагском университете: > В 1929 году 30-летний декан юридической школы Йельского университета Роберт Мейнард Хатчинс стал президентом. Можете ли вы представить себе 30-летнего декана юридической школы Йельского университета сегодня? Совершенно невозможно. Наше общество молодых и динамичных стало обществом пожилых.

странно видеть, как мир прошлого исчезает у меня на глазах с 2012 по 2024 год я писал код в долгих сессиях, сидя в vim — иногда печатая, в основном думая, переключаясь между разными терминалами, внося изменения, смотря на ошибки, гугля, читая stackoverflow... Я гордился тем, что носил в голове эти огромные абстракции. Я знал каждую щель и закоулок своей бизнес-логики, как район, в котором ты живешь. Я чувствовал себя особенно быстрым, когда автозаполнял длинное имя переменной. Приятно. Я сам расставлял каждую скобку, каждый знак препинания. Сотни тысяч из них. И как великая волна, смывающая твой песчаный замок на пляже, теперь это все исчезло. Инженерия никогда больше не будет такой, какой она была. Что особенно важно для меня, так это то, что почти нет записи о том, как это было: я потратил тысячи часов на написание программного обеспечения, и я не думаю, что есть хоть одна видеозапись, где я это делаю. Я помню, как это было: долгие перерывы медитативной тишины, разочарование в поисках особенно сложного бага, облегчение и радость в его решении, выражения вкуса и умности, которые приходят с любым ручным ремеслом. Но трудно передать, как это было, кому-то, кто никогда этого не испытывал. Как и в любой истории, повествование не хватает глубины: вам действительно нужно было быть там.